Священник Николай Кременский

Священник Николай Кременский

 

Бой при Малоярославце
ЗНАМЕНИТЕЙШИЙ ДЕНЬ
1812 ГОДА

  Николай Васильевич Кременский (1872 – 1922) — после окончания Калужской Духовной семинарии по 1-му разряду, был назначен учителем только что открывшейся в 1893 г. церковноприходской школы при Малоярославецком Николаевском монастыре. По рекомендации ректора Калужской семинарии, в это же время он давал частные уроки и готовил для поступления в кадетские корпуса и гимназии детей местных помещиков Кудрявцева и Ионина, аптекаря Исаевича. Когда в 1898 г. освободилось место священника при малоярославецком соборе, Николай Васильевич получил эту должность. Тогда же был назначен бесплатным законоучителем в конвойную команду при управлении воинского начальника Малоярославца, где преподавал Закон Божий до 1917 г. Служил многие годы учителем в городском мужском начальном училище. За хорошее преподавание в 1916 г. получил от инспектора народных училищ г. Малоярославца и городской Управы «глубокую благодарность».

За труды свои в области просвещения, работу в епархиальном Училищном совете, в Попечительстве о народной трезвости награжден был: набедренником (знак отличия священников, имеющий символическое значение духовной силы — прямоугольный кусок ткани, носимый сбоку, подвешенным через плечо), бархатною фиолетовою скуфьею (остроконечная шапочка из ткани, используется в качестве награды для белого духовенства), камилавкою (высокий цилиндрический головной убор — выдается в качестве награды особо отличившимся священникам) и в 1912 г. — орденом Анны II-й степени.

Сотрудничал в журнале «Русский паломник», где были опубликованы его очерки о Черноостровском монастыре и о Малоярославецком сражении в Отечественной войне 1812 года. С 1910 г. он состоял членом-корреспондентом открывшегося в Калуге церковно-археологического общества. В журнале этого общества «Калужская старина» за 1911 г. помещены его статьи, посвященные Малоярославцу и памятникам Отечественной войны 1812 года, находящимся в городе. Книга Н.В. Кременского «Бой при Малоярославце» была издана в Петербурге издательством «Сельского вестника» и издательством Сытина в Москве к 100-летнему юбилею войны 1812 года. Книги раздавались по школам и участникам юбилейных торжеств в Малоярославце.

Во время Гражданской войны 1914-1917 гг. отцу Кременскому приходилось приводить к присяге призванных по мобилизации солдат, постоянно бывать в госпиталях — облегчать молитвами страдания раненых, соборовать умирающих. За эти труды он был представлен в 1915 г. к награде — наперсному кресту. В том же году был назначен настоятелем Казанского собора.

Преодолевая боли, трудился до последних дней жизни так, что проезжавший через Малоярославец в 1921 г. епископ Калужский и Боровский Феофан представил его к награде. В 1922 г. к Пасхе Николай Васильевич был награжден патриархом Тихоном наперсным крестом с украшениями, но получить его уже не успел… 7 мая (по старому стилю) вечером, Николай Васильевич скончался.

***

   Наши представления о прошлом, наполняют мифы, которые, передаваясь из поколения в поколение, приобрели статус непоколебимой истины. Миф рождается на основе какой-то доли реальности, которые люди хотят улучшить или ухудшить по какой-то причине, иногда вопреки здравому смыслу. Все они носят идеологический, и в некоторой мере, патриотический характер.

  Возникает вопрос — так нужно ли развеять мифы, нужно ли всегда стоять на позициях «объективной исторической истины»? Президент РФ В.В. Путин напоминает «…важно уделять неустанное внимание серьёзной научной деятельности и твёрдо противостоять любым попыткам фальсификации истории». В первую очередь для нравственного воспитания и оценки разных событий, а также для необходимости учить думать и понимать, искать истину.

   Важно формировать настоящую, осознанную гордость за свой народ и проводить работу, направленную на сохранение памяти о героических подвигах наших отцов и дедов, воспитание молодёжи на ценностях патриотизма.

 

  Мы предлагаем Вам ознакомиться с уточненными научными биографиями П..И. Быкова и С.И. Беляева, которые написаны на новых документах.

Глава «Городничий Быковский». В главе ошибка при написании фамилии. Из Формулярного списка: городничий Петр Иванович Быков родился в 1777 г. Его отец — Иван Никитич, участвовал в русско-турецкой войне 1768–1774 гг. и в подавлении восстания Е. И. Пугачева. О матери Петра Ивановича сведений нет. В 1796 г. он окончил Сухопутный шляхетский кадетский корпус и был выпущен в Пермский мушкетерский полк. Вместе с полком подпоручиком совершил поход в Швейцарию, где в сентябре 1799 г. участвовал в Цюрихской битве. Вскоре по возвращении в Россию Петр Иванович женится на дочери коллежского асессора Елизавете Васильевне Вердеревской. В 1805 г. перевод в штат министерства сухопутных сил, откуда он уволился 6 ноября 1806 г. 16 февраля 1808 г. назначен экспедитором в комиссии по армейским расходам. В 1810 г. переходит на службу в министерство юстиции. 11 января 1811 г. он становится на три года малоярославецким городничим. С приближением неприятеля к Малоярославцу Быков по поручению калужского губернатора занялся усилением охраны города и подготовкой казённого имущества к эвакуации. В канун сражения — 11 октября он отправил городское имущество и документацию в сельцо Семейкино. А своего имущества городничий вывезти не сумел и лишился всего своего состояния. Архивные свидетельства однозначны в том, что Петр Иванович оставался на своем посту до конца и покинул Малоярославец лишь «истребив в виду неприятеля на реке Луже мост и мельницу».

   В 12 октября в день сражения Петр Иванович был отправлен калужским губернатором в Главную квартиру российской армии для доставки фуража, а уже 15 октября «в городе Малоярославец в короткое время устроил… прежний порядок». За свои заслуги малоярославецкий городничий был представлен калужским губернатором П. Н. Кавериным к награждению.

   26 декабря 1813 г. Быков был переведен на открывшуюся вакансию в уездный город Петровск Саратовской губернии. Уже в качестве петровского городничего был представлен для награждения бронзовой медалью в память 1812 года. 31 июля 1818 г. он был переведен городничем в Царицыно (сейчас Волгоград).

 

 Глава «Подвиг Беляева». В главе рассказывается о действиях на реке Луже в 1812 году. Все сведения об этом событии получены не из официальных документов, а из рассказов местных, современных этому событию, старожил. А вот официальный документ –Формулярный список С. И. Беляева, говорит о том, что единственную награду за 1812 год — бронзовую медаль, он получил за успешные действия в качестве смотрителя войсковых кордонов и армейского транспорта с провиантом, а также «за содержание в доме своем на собственном иждивении раненых воинов».

   Савва Иванович Беляев родился в Малоярославце 10 января (по старому стилю) 1789 г. Отец его — Иван Гаврилович был канцеляристом Духовного Правления, а мать — Прасковья Фроловна -занималась домашним хозяйством.

   Савва Иванович служил в канцелярии нижнего земского суда, занимая разные должности: в 1810 — коллежский регистратор, в 1812 — повытчик, в обязанности которого входило следить за порядком и хранением поступавших бумаг. Отличался он большими познаниями и деловыми качествами. Об этом говорит то, что за годы службы он не один раз повышался в чинах: коллежский секретарь — в 1815, титулярный советник — 1818, коллежский асессор — 1834, надворный советник — 1841.

Беляев работал в разных городах России — в Орле, Калуге, Болхове.

    С 1834 г. Савва Иванович поступил в должность судьи в Малоярославце, здесь же он был произведен в коллежские асессоры со старшинством. Таким образом, он получил потомственное дворянство. Из книги Генерального межевания, хранящейся в фондах Российского Государственного Архива древних актов, мы узнаем, что Беляев владел частью села Терентьево и частью деревни Чиркино Малоярославецкого уезда.

    Из суда уволился по болезни, и, с мая 1835 г. по 1857 г. состоял на службе при Московском училище ордена Святой Екатерины «правителем по хозяйственной части».

    С.И. Беляев имел награды — Ордена Святой Анны 2-й степени, Святого Станислава 2-й степени, Святого Владимира 4-й степени, знак отличия беспорочной службы за 40 лет и всяческие благодарности и поощрения: бриллиантовый перстень с аметистом, подарки, соразмерно годовому штатному жалованью.

                                ***

    Историческая наука движется вперед, появилось много новых исследований, книг, публикаций о войне 1812 года и Малоярославецком сражении, но, тем не менее, книга Н.В. Кременского, хотя и содержит некоторые неточности в отражении фактов, не утрачивает своего значения в качестве бесценного источника о героическом прошлом Малоярославца.

 

  Книга Н.В. Кременского «Знаменитейший день 1812 года. Бой при Малоярославце», изданная в 1912 году, 106 лет назад, сейчас недоступна для читателей. Сохранившиеся экземпляры хранятся в музеях и библиотеках. Поэтому современное воспроизведение книги – это реальная возможность подарить редкое произведение литературного искусства.

Директор Малоярославецкого военно-исторического музея 1812 года, Заслуженный работник культуры Калужской области Елена Щебикова

 

1.

Малоярославец – «до француза».

Малоярославец, уездный город Калужской губернии, не велик по числу жителей, не знаменит и в торгово-промышленном отношении, — нет в нем ни фабрик, ни заводов. Но этому незначительному городку суждено было сыграть большую роль в истории достопамятной Отечественной войны 1812 года.

12 октября 1812 года, в Малоярославце решалась судьба нашего Отечества. Здесь соединилось русское воинство, чтобы преградить врагу путь в южные плодородные губернии. После Малоярославецкого сражения Наполеон должен был в первый раз отступить. Отсюда он двинулся по старой, им же самим разоренной Смоленской дороге, стремясь поскорее выйти из пределов России. «Под Малоярославцем, — говорит в своих воспоминаниях гр. Сегюр, — остановилось завоевание вселенной, здесь исчезли плоды двадцатилетних побед и началось страшное разрушение всего, что думал создать Наполеон». Надпись на памятнике, воздвигнутом на площади города, свидетельствует, что «Малоярославец сделался пределом нападения, началом бегства и гибели врагов».

Год основания Малоярославца в точности неизвестен. По мнению Н. М. Карамзина, Малоярославец получил свое название в честь князя Ярослава Владимировича, сына Владимира Андреевича Храброго, двоюродного брата и сподвижника по Куликовской битве великого князя Дмитрия Ивановича Донского. В духовной грамоте, написанной в 1410 году, князь Владимир Андреевич отказывает Малоярославец, под именем «Ярославля», сыну своему Ярославу. Как долго Малоярославец существовал до того времени – неизвестно.

После смерти Ярослава Владимировича (1426 г.) Малоярославец достался князю Можайскому Михаилу Андреевичу. В духовном завещании, составленном незадолго до своей смерти (1485 г.), князь Михаил Андреевич отказывает «Ярославец» вместе с другими своими вотчинами великому князю Иоанну III Московскому. Здесь город в первый раз называется «Ярославцем».

Иоанн Васильевич III (умерший в 1505 году) в своем завещании называет Малоярославец уже государственным достоянием. Около этого же времени, в отличие от большого Ярославля, или старейшего, тоже вошедшего в состав Московского княжества, город стал именоваться «Ярославцем Малым». В 1508 году великим князем Василием Иоанновичем Малоярославец был отдан в кормление князю Михаилу Глинскому, а в 1526 году – кн. Мстиславскому. Царь Иоанн Васильевич Грозный в 1565 г. отписал город к опричнине. В числе выборных, подписавших грамоту об избрании на царство Михаила Федоровича (3 марта 1613 г.), от Малоярославца был дворянин Константин Семенов. В 1719 году, когда было произведено деление России на губернии, а губернии – на провинции, Малоярославец вошел в состав Калужской провинции, Московской губернии.

Находясь на границе Московского княжества, затем государства, Малоярославец в XV – XVI столетиях испытал неоднократно нашествия Литвы и крымских татар. От этого времени в Малоярославце сохранилось, так называемое, «городище»: это – громадная понижающаяся террасой к реке, почти отвесная насыпь (12 – 25 сажень вышины и около 250 сажень в окружности). Городище находится в котловине между рекой, Спасской горой и возвышенностью, на которой расположен город и монастырь, образуя с боков два тесных ущелья, по которым идет дорога от реки в город. По своему расположению и отвесной фигуре, очевидно, городище было приспособлено для рукопашной обороны и в этом отношении было почти неприступным. В этом городище, по преданию, жители отсиживались от татарских погромов и литовских разорений.

От нашествий Литвы и крымских татар город не скоро оправился, — в 1646 году в нем значилось только 59 дворов, «в них людей мужского пола 125 человек», при чем существовали слободы: «Егорьевская» (в наст. Время Большая Калужская улица), «Пречистенская» (Успенская), Ивановская, Спасская и Никольская. Через 38 лет в Малоярославце уже значилось 106 дворов. В переписной книге 1715 года упоминаются монастырь и 4 церкви, «дворов посадских и нищенских 142, людей в них мужск. Пола 415 чел. И женского 464, а всего 879 человек». По третьей ревизии 1747 года, в городе оказалось 202 двора, а в 1775 году «206 дворов и в них купечества и мещанства 691 человек». 15 декабря 1775 года, по поручению Московского губернатора Ф. А. Остермана, Малоярославецкой воеводской канцелярией было составлено описание города. Из этого описания видно, что тогда Малоярославец занимал в окружности 4 версты 300 саж., имел 4 церкви, из них 3 каменные (соборную и две приходских) и одну деревянную (приходскую) и, кроме того, монастырь. В городе было 10 улиц и переулков, расположенных правильными квадратами (план города впоследствии был утвержден Императрицей Екатериной II в 1779 году), 9 лавок, но фабрик и заводов не существовало. Пять раз в году бывали в городе ярмарки, на которых производился торг разным мелочным, по преимуществу крестьянским товаром, — вообще же Малоярославец богатством не отличался: «из купечества в городе достаточных гораздо нет, посредственных немного, а по большей части небогатые».

Вероятно, вследствие бедности и малочисленности, Малоярославец в царствование Императора Павла Петровича был обращен в число заштатных городов. В следующее царствование, хотя он и был восстановлен, но число домов и жителей прибавилось не много, и по 6-й ревизии 1811 года в нем значилось всего 1413 жителей.

К 1812 году Малоярославец представлял собой незначительный городок с 200, по большей части, деревянных незатейливых, крытых соломой и деревом домов. В этот достопамятный год Малоярославец потерпел полнейшее разрушение. Кроме трех церквей и нескольких полуразрушенных домов, от него не осталось никаких зданий. С 1812 года в жизни города начинается новая эпоха и до сих пор, горожане-старожилы говорят: «до француза» и «после француза».

2.

Наполеон на Ново-Калужской дороге.

Сражение при Малоярославце происходило 12 октября. Памятное же выступление «великой армии» из Москвы началось 7 октября. Наполеон и его войска двинулись из Москвы по Старой Калужской дороге. Дойдя до села Троицкого и узнав, что главная русская армия с Кутузовым находится под Тарутиным, а Ново-Калужская дорога свободна, Наполеон решил идти по этой дороге и из села Троицкого свернуть (около Горок) на с. Фоминское с тем, чтобы держать свой путь на Боровск и Малоярославец, а затем на Калугу и далее по местам, еще не опустошенным войною. Чтобы замаскировать свое движение, Наполеон вступил с Кутузовым в мирные переговоры, пометив на своем письме, что оно послано из Москвы.

Но проницательный и осторожный Кутузов еще ранее послал из Тарутина корпус Дохтурова, который успел дойти до сельца Аристова, Боровского уезда. Здесь, 10 октября, к Дохтурову прибыл партизан Сеславин с донесением, что у села Фоминского ему лично удалось проследить самого Наполеона, а от захваченных пленников добыть сведения, что Наполеон наметил путь на Боровск и Малоярославец. Дохтуров немедленно послал донесение главнокомандующему, а сам, не ожидая распоряжений, двинулся к Малоярославцу.

Узнав, из донесения Дохтурова, о движении неприятеля по Ново-Калужской дороге, Кутузов отправил к Малоярославцу Платова со всеми казачьими полками и дал распоряжение готовиться всей армии к выступлению из Тарутинского лагеря. Однако выступление это несколько задержалось: только около 11 часов вечера 11 числа вся русская армия, во главе с фельдмаршалом, двинулась к Малоярославцу.

Между тем Наполеон (11 октября) успел уже дойти до Боровска (22 вер. от Малоярославца), но здесь, не получая от Кутузова ответа на свое письмо, задержался. Этим он дал возможность к концу дня 12 октября сосредоточиться под Малоярославцем всей нашей армии. В то время, когда русские и неприятельские войска направлялись к Малоярославцу, город был совершенно беззащитен. Наших войск в нем не было. До 10 октября мирные жители ничего не знали о приближении неприятеля и предавались своим обычным занятиям.

В 1812 году, большая дорога из Боровска за версты полторы до Малоярославца спускалась по, так называемой, «Буниной горе», отлогой и длинной, покрытой смешанным и довольно частым лесом, на луг к реке Луже. Около городища на реке стоял мост, сваи которого сохранились до сих пор. От моста узкая дорога шла по ущелью, образуемому, с одной стороны, Спасскою горою и возвышенностью, на которой стоит монастырь, а с другой – упомянутым городищем. Поднимаясь в гору, дорога выходила к главным воротам монастыря, а отсюда – на городскую площадь.

10 октября, стали прибегать в Малоярославец охваченные ужасом жители Боровска, рассказывая о наступлении неприятеля. Эта весть, как гром, поразила беззащитных Малоярославецких граждан. Город поднялся на ноги. «Бежать, спасаться!» — вот что слышалось всюду.

Перепуганные обыватели поспешно укладывались, наскоро закапывали в землю ценные вещи, которые нельзя было взять с собою, и затем скрывались в окрестные леса или уходили и уезжали по большой дороге в Калугу. Более же смелые из мужчин, проводив свои семейства, возвращались в город, чтобы еще что-нибудь спасти из своего имущества, имея в виду скрыться в окрестностях при первом появлении французов.

3.

Городничий Быковский.

Во время такого переполоха душою граждан явился энергичный Малоярославецкий городничий П. И. Быковский. Отправляя казенное имущество в с. Семейкино и успокаивая, насколько возможно, жителей, он решил последним выйти из города. Скоро около него собралась кучка храбрецов, которая также намеревалась ждать неприятелей.

К полудню 10 октября еще так недавно полный жизни город затих и опустел. Быковский и его смелые помощники спешили на городище, откуда открывался ясный вид на Бунину гору и Боровскую дорогу. Узнав, что передовой отряд французов уже вышел из Боровска и находится на полпути к Малоярославцу, Быковский приказал обложить хворостом и соломой обе стороны деревянного моста на реке Луже, имея в виду зажечь его, как только неприятели покажутся из города, и таким образом, хотя несколько их задержать.

Прошло несколько часов томительного ожидания. Вечерело. Октябрьское солнце все ниже и ниже спускалось к горизонту и пряталось за деревьями Буниной горы, отражаясь в тихой и спокойной реке.

В 5 часов вечера свежий осенний ветер донес до слуха Быковского и его храбрых помощников неясные звуки со стороны Буниной горы. Через несколько минут послышался отчетливый топот лошадиных копыт. Одновременно прискакало несколько сотен донских казаков (из отряда генерала Иловайского), все время шедших впереди неприятеля и тревоживших его головные колонны. Врассыпную, кто по мосту, кто вплавь по Луже, лихие донцы через горы спешили в город, объявить стоявшей у реки кучке храбрецов, что вскоре появится неприятель. Вслед за донцами, на Буниной горе показались и передовые отряды французов из дивизии Дельзона, составляющей голову авангарда великой армии. Черная лента неприятелей плавно спускалась с горы на луг и медленно шла по дороге к мосту.

Тихо было в Малоярославце. Неприятель знал, что там нет русских войск, и шел уверенно вперед, не ожидая сопротивления. Действительно, на улицах города не раздавалось военной команды, не видно было ни одного грозного орудия, ни одного знамени, призывавшего к защите. Казалось, что французы, пройдя без малейшего сопротивления Боровск, также займут и Малоярославец.

  • За дело! – быстро скомандовал Быковский.

И его небольшая команда молча бросилась к мосту и торопливо стала зажигать солому и хворост, наваленные около моста и под мостом. Сам же Быковский и его сподвижники уже стояли на городище, откуда удобнее было наблюдать за исходом дела.

Через несколько минут мост пылал ярко-красным пламенем.

Передовые колонны неприятельского авангарда, подошедшие уже к берегу реки, с удивлением увидели, что путь в город им отрезан. Между тем подгоревшие сваи затрещали и рухнули в воду, увлекая за собою еще горевшие бревна перил и перекладин. Сразу стало темнее. На месте, где стоял мост, виднелись дымившиеся сваи, между которыми плавали обуглившиеся балки и перила.

Уничтожение моста, однако, не остановило неприятелей. Начальник французского авангарда приказал наводить понтонные мосты. Дружно принялись неприятельские саперы за работу, и французы пристально посматривали на видневшийся в беловатом тумане город, рассчитывая скоро его занять.

4.

Подвиг Беляева

В числе стоявших на городище сподвижников Быковского находился повытчик Малоярославецкого нижнего земского суда (в 1817 г. секретарь нижнего земского суда) С. И. Беляев. Взобравшись на городище, он с другими смельчаками смотрел на работу французских сапер и на дорогу, по которой в сумраке все еще двигались неприятельские колонны. Взгляд Саввы Ивановича невольно скользнул по черневшей недалеко от городища мельнице, и ему вдруг пришла мысль еще раз остановить неприятеля силою воды.

Савва Иванович объяснил товарищам, что, если распрудить мельницу, которая стоит на реке несколько выше, то понтонные мосты не выдержат сильного напора воды, и неприятели неминуемо должны будут задержаться. И вот, когда французские мосты были более чем на половину готовы, горсть храбрецов, во главе с Беляевым, спустившись с городища, побежала правым берегом реки к городской мельнице.

Через четверть часа неприятельские саперы, работавшие на середине реки, увидели белые гребни волн, которые с неудержимой быстротой неслись прямо на них. Через несколько секунд, под сильным напором шумевшей воды, понтоны отделились от берегов, разорвались на части и, подобно льдинам во время весеннего разлива, понеслись вниз по течению. Вскоре все скрылось из глаз изумленного неприятеля. Вода, сдерживаемая прежде запрудой верст на 6-7, стала затоплять прибрежный ивняк и в нескольких местах река готовилась выпустить из берегов.

Враги вынуждены были ожидать спада воды. Начальник авангарда дал знак к отступлению. Часть неприятельских войск расположилась бивуаком на Буниной горе, а часть отправилась к пройденной уже ими деревне Городне, верст за 10 от города, почти на середине пути между Малоярославцем и Боровском.

Таким образом, благодаря энергии и предприимчивости Малоярославецкого гражданина С. И. Беляева, неприятель целые сутки должен был продержаться под Малоярославцем. Имя этого доблестного гражданина и патриота, по справедливому замечанию одного из историков Калужского края, «должно быть занесено живыми буквами в летописи войны 1812 года: кто знает, как могла бы кончиться Отечественная война, если бы неприятелю дана была возможность свободно занять Малоярославец, затем пробраться в Калугу и далее в хлебородные не опустошенные войной места. Теперь же, неприятель около суток принужден был бездействовать, стоя пред беззащитным, незначительным городком, у мелководной неизвестной речки, ожидая спада воды, а в это время к Малоярославцу уже приближались: корпус Дохтурова из Аристова, Дорохов со своими отрядами и Платов, посланный Кутузовым из Тарутина, а потом двинулась и вся русская армия, во главе с фельдмаршалом».

Вода продержалась на лугу лишь одну ночь и к утру стала спадать. Когда вечером 11 октября река вошла в берега, неприятель снова подступил к городу и стал переправляться через обмелевшую реку.

Дорога по лугу, залитая накануне водою, представляла тонкую и липкую грязь. Только в 6 часов вечера, когда уже было темно, два неприятельских батальона вступили в беззащитный город.

5.

Начало боя.

К утру вид беззащитного города совершенно изменился.

Незадолго да рассвета сюда прибыл из Аристова задержавшийся при переправе у села Спас-Загорья через реку Протву (вследствие спуска воды у Малоярославецкой мельницы) Дохтуров и поспешил расположить свои войска между городом и деревней Немцовой, по обе стороны Калужской дороги, поставить кавалерию Дорохова и гвардейскую на правой стороне города ближе к реке с тем, чтобы охранять переправу у с. Спас-Загорья и воспрепятствовать переправе неприятеля Лужу ниже Малоярославца, а артиллерию конную левее города, чтобы препятствовать наведению мостов и задерживать подкрепления, шедшие в город со стороны Буниной горы. Несколько ранее прибыли с ротой конной артиллерии казаки, поспешно шедшие из Тарутина, под командой своего атамана – известного героя Платова, который расположился у западу от Малоярославца, за деревней Терентьевой.

Едва дледная желтая полоска осенней зари показалась на горизонте, как Дорохов выстроил свои войска в боевой порядок, приказав 33 егерскому полку осмотреть позиции неприятеля, вошедшего в город накануне вечером, и , если возможно, вытеснить его из города.

В утреннем тумане произошла первая жаркая схватка, положившая начло сражению 12 октября, которое продолжалось без перерывов до поздней ночи. С каждой стороны введено было в бой до 24 тысяч человек. Город несколько раз переходил из рук в руки. Противники сражались с равным мужеством и храбростью, пленных почти не было, потери же с каждой стороны простирались до 6 тысяч.

Под дружным натиском егерей 33 егерского полка неприятели скоро очистили город и отступили к Спасской горе и к реке. Получив тут же подкрепление, они густыми рядами устремились в гору, мимо монастыря, по Боровской улице, к городской площади.

Генерал Дохтуров, видя вторжение неприятелей в центр города, в помощь 33 полку послал 6 и 19 егерские, в передней колонне которых шли, полковник Вуич, которому было поручено командование, и священник 19 полка о. Васильковский со св. крестом в руках. Егеря столкнули с врагом, — штыки прокладывали путь. В городе загорелся сильный ружейный огонь.

Храбрый полковник Никитин находился со своими орудиями в середине города и много вредил неприятелю. Все войска, вступившие в город, отданы были в распоряжение генерала Ермолова, — на него была возложена защита Малоярославца. Приказания его, быстро передававшиеся во все пункты поля сражения через его храбрых адъютантов, поручика гвардии фон-Физана и артиллерии поручика Поздеева, исполнялись с необыкновенной точностью. Полки, одушевленные решимостью и храбростью начальника, сражались неустрашимо.

Городская площадь и Боровская улица напоминали живой исполинский муравейник. На каждом шагу блестела щетина штыков. Егеря напирали все сильнее и сильнее и отбрасывали и отбрасывали неприятелей к монастырской горе. Атаки врага делались все упорнее.

Около 9 часов утра к Малоярославцу прибыл Евгений, вице-король итальянский, один из маршалов великой армии. Осмотрев поле битвы, он приказал трем своим дивизиям – Брусье, Пино и гвардейской – поспешить к месту боя.

Сражение не прерывалось ни на одну минуту.

6.

На улицах Малоярославца.

Русские снова выбили неприятелей из центра города к монастырю. Здесь, на монастырской площадке, завязался ожесточенный штыковой бой. Обе стороны шли, как две столкнувшиеся волны. Колонный гнулись, но долго не могли сломить друг друга, оспаривая небольшую площадку у ворот монастыря. Наконец, противник ослабел и под дружным натиском наших егерей стал отступать по монастырской горе к городищу и к реке.

Генерал Дельзон кинулся вперед, чтобы ободрить своих гренадер и в то самое время, когда упорно защищался в ущелье между городищем и монастырем, был смертельно ранен пулею в голову; вместе с генералом погиб и его родной брат, бросившийся к нему на помощь.

Потеря вождя еще более расстроила французов. Не сдержавшись на горе, они столпились около монастырских ворот, кидаясь на монастырскую ограду. Туда же ворвались и наши егеря, штыками сбрасывая врагов в ров. В этой ужасной свалке сотни выстрелов запечатлелись на монастырских воротах, вокруг лика Христа Спасителя.

Принявший за смертью Дельзона командование генерал Гильемино снова оттеснил наши войска на площадь и занял стрелками Спасскую церковь и два дома, господствовавшие над оврагом, по которому пролегала большая дорога к мостам. Стрелки получили приказание оставаться здесь даже в том случае, если бы дивизии было приказано отступать.

В 11 часу дня перешла мост дивизия Брусье, которая вслед за тем, миновавши Спасскую слободу, стала развертываться в огородах, на расстоянии около 500 шагов от нашей позиции; но русские батареи, поставленные за Спасскими садами, сильной картечью заставили дивизию тотчас же оставить Спасские вершины и скрываться в Малоярославце. Между тем Либавский и Софийский пехотные полки, по приказанию Ермолова, двинулись вперед на подкрепление егерей и штыками стали выбивать врага из города, но понесли громадный урон, особенно Софийский полк. Наша батарея гвардейской конной артиллерии – на левом фланге поражала проходившие по мосту через Лужу французские войска.

Несколько раз русские опрокидывали врага к реке, и несколько раз он тоже врывался в город, потому что, как только наши войска вытесняли неприятелей к городищу, французские стрелки, оставленные Гильемино в строениях у входа в Малоярославец, открывали убийственный огонь в тыл, чем приводили наших в расстройство и помогали своим колоннам оттеснять наши полки до большой площади. Наконец, французы, понеся значительный урон, уступили нам значительную часть города.

Лишь только отошел ль города обессиленный Брусье со своей дивизией, как вице-король послал свежие силы.

В это время (после полудня) к Малоярославцу прибыл сам Наполеон и стал обозревать с Буниной горы поле сражения.

Высланная дивизия Пино, не бывшая еще в огне с самого начала похода и воодушевленная присутствием самого императора, старалась показать себя. Предводимая офицерами генерального штаба, принадлежавшими к лучшим итальянским фамилиям, она ринулась в бой с отчаянной храбростью. С криком: «Да здравствует император!» итальянцы бегом взобрались на Спасскую слободу и заняли высоту; но от картечного огня русских батарей понесли страшные потери; здесь генералы Левье и брат генерала Пино были убиты, сам Пино – ранен. Дивизия Пино была отбита; в передовую неприятельскую линию вступили гвардейские егеря и гренадеры, но, встреченные картечью, понесли большие потери.

Спасская гора покрылась целыми слоями убитых, слобода была сожжена, часть нашей артиллерии должна была отодвинуться назад.

Введение в Малоярославец, по распоряжению Ермолова, Вильманстрандский и 11 егерский полки долго помогали нашим держаться в городе, горевшим с самого утра.

Между тем с возвышений нашей позиции можно было заметить сильные колонны, подходившие к р. Луже; это была гвардия и корпус маршала Даву, которому Наполеон велел идти для подкрепления вице-короля.

Положение Дохтурова и Ермолова становилось все тяжелее; резервы у них истощались. Ермолов, с позволения Дохтурова, послал донесение Кутузову о тяжелом положении дела и о необходимости ускорить движении армии к Малоярославцу. Донесение это нашло Кутузова близь с. Спас-Загорья (отстоящего от Малоярославца в 9 верстах к северо-востоку), где он, перейдя р. Протву (в 8 верстах от Малоярославца), с войсками сделал привал и дал им отдых. Кутузов отдал приказ: Раевскому со своим корпусом спешить и подкрепить силы Дохтурова, а Коновницыну разузнать подробно о ходе сражения.

Раевский подоспел со своим корпусом на правый фланг нашей позиции к 3 часам пополудни и снова повернул дело в нашу пользу; неприятель опять был вытеснен из Малоярославца; итальянская гвардия потерпела страшный урон. Среди раненых оказалось 2 генерала.

Между тем Наполеон, обозревши поле сражения, решил до прихода наших главных сил разбить русских и отдал приказание, навести понтонный мост выше города в ½ версте от моста, сожженного Быковским, а итальянскому корпусу вице-короля Евгения немедленно завладеть городом, маршалу же Даву подкрепить вице-короля.

Две дивизии корпуса Даву получили приказание переправиться на правую сторону Лужи по этому мосту. Тогда же корпус вице-короля ринулся в бой с отменной храбростью. Невзирая на огонь наших батарей, стрелявших по вновь устроенным мостам, неприятели ворвались в Малоярославец с двух сторон, заняли городскую площадь и густыми колоннами, среди разливавшегося по улицам пламени, высыпали из города к Калужской дороге. Неприятельская артиллерия прошла через пылающие улицы города по грудам тел и раненных. Войска Даву расположились на флангах 4 корпуса: дивизия Компана (5-я) стала на левом, а дивизия Жерара (3-я) – на правом.

Раевский расположил 12-ю дивизию (здесь б. Новоигерманландский полк) вправо от города, а 26-ю налево на подкрепление левого крыла войск 6 корпуса и часть 12-й ввел в город. Дохтуров и Раевский отошли на пушечный выстрел от города и выставили сильные батареи.

Неприятель, высыпав из города густыми колоннами, неоднократно пытался атаковать нашу позицию, но каждый раз колонны его, встреченные картечью и перекрестным огнем, принуждены были отступать и подвергались преследованию наших войск, которые вслед за тем врывались в город.

Неприятель стремился, во что бы то ни стало, занять Калужскую дорогу, и отрезать от русской армии. Но командовавший нашими колонными гвардейскими батареями полковник Козен подскакал с 4 орудиями, заряженными картечью, к Калужской заставе, где с трудом поставил орудия, по причине лежавших кучами трупов и раненых, громил неприятеля и не допускал его выйти в поле.

Уже день склонялся к вечеру (часов в 4 — 5), как из села Спас-Загорья блеснули вдали штыки главной русской армии.

Прибывши в Малоярославец, Кутузов расположил свои силы полукругом между городом и селениями – Марьином, Немцовом, Терентьевом.

Между тем на улицах все кипел отчаянный кровавый бой. То неприятели теснили наших, то русские вытесняли их из города, но, встречаемые огнем французских батарей, расположенных у подножия Буниной горы, отступали снова в город.

Одни французская батарея действовала под личным распоряжением Наполеона, что случалось обыкновенно крайне редко. Кутузов тоже отправился к действующим войскам и находился в огне, наблюдая за движением неприятеля. Долго следил он за ходом сражения и, наконец, приказал генерал-лейтенанту Бороздину 1-му с 8-м корпусом сменить утомленные боем полки 6 корпуса. В то же время было преступлено к сооружению нескольких редутов в расстоянии пушечного выстрела от города. Французы сражались с величайшим упорством, что заставило нашего фельдмаршала поддержать сильно теснимый корпус Бороздина гренадерскими полками 3-й дивизии Шаховского.

7.

«Предел нападения».

С наступлением ночной темноты войска обеих сторон прекратили отчаянную борьбу и остались на занятых позициях, французы – в Малоярославце, а русские – в расстоянии менее версты к югу от города.

В конце сражения прибыли войска Милорадовича, пройдя в один день 50 верст. Хотя канонада и ружейная перестрелка продолжались почти за полночь, но ясно было, что держаться далее в Малоярославце совершенно бесполезно. Победы собственно не было ни на той, ни на другой стороне; но цель наших действий – заградить путь французам – была уже достигнута.

К ночи 12 октября, у Малоярославца, вместе с прибывшим поздно вечером Милорадовичем, сосредоточилась вся русская армия в количестве 97 тысяч человек при 622 орудиях и 20 тысяч казаков.

Поздно ночью осторожный фельдмаршал передвинул свою армию за деревню Немцово, в 2 верст. от города, так как овраг между городом и Немцовом, в случае возможного генерального сражения, служил бы большой помехой для русских. Кутузов день 13 октября провел в бездействии, ожидая, что предпримет неприятель. Он был готов принято сражение, если начнет Наполеон. Но по уходе русских Наполеон занял часть догоравшего города, и ожидал, с своей стороны, что предпримет Кутузов. В ночь на 13 октября, Наполеон, сопровождаемый лишь тремя кавалерийскими взводами, поехал к Малоярославцу и встретился с казаками Платова. Последние, не зная – кто был около них, ограничились только захватом 11 пушек и нескольких бочонков с золотом. Наполеон счастливо избежал плена.

14 октября, опасаясь обходного движения неприятеля на Калугу, русские войска отступили к селу Детчину, находящемуся почти на середине пути между Калугой и Малоярославцем. У Малоярославца остались Милорадович и Платов, которым было приказано находиться как можно ближе к неприятелю. В тот же день Наполеон приказал своей армии отступать на прежний Смоленский путь. Это движение повлекло за собой гибель всей его армии.

Таким образом, день Малоярославецкого сражения 12 октября, имел величайшие последствия для всей компании 1812 года. «Сей день», значится в военном журнале Толя, «есть один из знаменитейших в войне 1812 года, ибо потерянное сражение при Малоярославце повлекло за собою пагубные следствия и открыло бы неприятелю путь чрез богатейшие наши губернии». «По моему мнению», говорит другой военный историк Н. А. Окунев, «самая Бородинская битва не была так нужна для Наполеона, как битва в Малоярославце. Правда, что первая открыла ему вход в Москву, но не принесла ничего, кроме бесплодного трофея и гибельных последствий, между тем как спасение армии зависело от последней». После сражения при Малоярославце произошел решительный переворот в стратегическом положении обеих сторон. Вместо наступления, неприятель обратился в бегство, а наши силы, вместо обороны, перешли в наступление, и Малоярославец сделался для врагов «пределом нападения, началом бегства и гибели».

8.

«После француза».

После сражения 12 октября 1812 года, город Малоярославец, бывший местом побоища и восемь раз переходивший из рук в руки, представлял картину полнейшего разрушения.

Из 200 домов осталось всего двадцать, из них один сохранился до настоящего времени. Монастырь и три городские церкви были разграблены, а Спасская – деревянная сожжена до основания. В одной из церквей, как говорит устное предание, была надпись, свидетельствующая, что в ней находилась конюшня генерала Гильемино. Кое-где стояли обуглившиеся столбы и остовы домов и надворных строений, и среди развалин чернели обгорелые полуразрушенные печи. Направление улиц можно было узнать только по трупам, которыми они были усеяны. Особенно много убитых и раздавленных проехавшими по ним орудиями было в тех местах, где происходил упорный бой: на городской площади, у собора, на Боровской улице и на площадке у монастыря; монастырский же ров был сплошь завален трупами людей и животных. Для сожжения неприятельских трупов после было ассигновано 1900 руб. Раненые были частью оставлены в уцелевших зданиях города, а частью отправлены в Калугу. Воротившиеся по уходе неприятеля безприютные Малоярославецкие жители собрали до 500 пудов свинца и, по сохранившемуся преданию, в наступившую зиму отапливали свои новые жилища ружейными ложами. Нередко и теперь случается в городе и его ближайших окрестностях, при копании канав и погребов, находить уже заржавевшие ядра, пули и штыки, которые, несомненно, относятся к 1812 году.

Малоярославец стал отстраиваться по прежнему плану, утвержденному еще в 1779 году Императрицею Екатериною II. К десяти улицам и переулкам, бывшим до 1812 года, прибавились вскоре еще две солдатские слободы, которые образовались, как показывает название, чрез поселение отставных после кампании солдат или их вдов и сирот. В пятидесятых годах прощлого столетия на юго-восточной стороне города образовались, так называемые, Губинские слободы из поселившихся в городе крестьян помещика Губина, которые перечислились в мещане. Тогда же заселились Ново-Никольские кварталы в северо-восточной части города. В последнее время, когда была проведена вблизь Малоярославца Московско-Киево-Воронежская железная дорога (1899 г.), город стал отстраиваться и в других местах, по преимуществу, на Спасске и на Ново-Никольских кварталах. По переписи 1897 года в Малоярославце значилось 2300 жителей.

Столетний период – срок немалый, даже и в жизни городов. Из развалин выросли новые дома, которые несколько раз строились и перестраивались.

В настоящее время Малоярославец должен быть, по справедливости, отнесен к числу красивейших уездных городов России. Он расположен на правом берегу небольшой, но чистой р. Лужи, на высокой горе. Гора, понижающаяся к реке уступами, перерезывается несколькими рытвинами и оврагами; по двум из них струятся ручьи – Ярославка и Филатовка; некоторые овраги и рытвины служат естественным спуском-дорогою из города на луг, а некоторые заняты садами. Внизу, у подножия горы, в отлогих берегах, покрытых мелким ивняком, длинною серебряною лентою вьется Лужа, образуя по широкой долине несколько красивых изгибов, и в одном месте подходя к самой горе, на которой раскинулся город.

Луговая долина реки Лужи около города имеет около версты ширины и до двух длины, начиная от села Карижи до, так называемого, Нового моста. Поемные луга принадлежат городу и составляют видную статью в его приходном бюджете. Противоположная гора, по которой идет дорога в Боровск, покрыта смешанным лесом. Южная часть этой горы повышается постепенно, так что из самого центра города вверх по течению Лужи открывается чудный, на несколько верст вид. С Боровской дороге и Буниной горы открывается почти полный и самый красивый вид на город, а особенно весною, в мае месяце, когда цветут яблочные и вишневые сады, имеющиеся при каждом доме и составляющие главное богатство жителей.

Гора, изрытая оврагами, зелень деревьев и садов, из которых выглядывают разноцветные кровли домов; расположенный по уступам горы над глубоким рвом красивой архитектуры монастырь с его величественным храмом и белыми башнями; городские церкви – две древней архитектуры и одна – новейшей постройки, грандиозный памятник войны 1812 года;

внизу, по широкой долине, сдавленной двумя возвышенностями, чистая и светлая река, а справа заповедная роща «Убогий дом» с ее старыми березами, — все это придает особенно живописный вид городу.

Малоярославец занимает верст 6 в окружности, имея до 550 домов и более 3000 жителей. Внутри город отличается чистотой и опрятностью, чем стоит выше других небольших уездных городов. Много выигрывает в этом отношении от и потому, что еще в 1840 году по самым главным улицам, на расстоянии двух верст, прошло Московско-Варшавское шоссе, которое содержится исправно. Шоссейная дорога, как белая, правильно вырезанная и красивая лента, убегает вдаль и теряется в отдаленном мареве лиловато-синего цвета.

Все улицы, прямая и широкая, по отношению к главной параллельны или пересекают ее под прямым углом. При пересечении некоторых улиц находятся площади разной величины. Общее протяжение улиц и переулков 18 верст, из них мощеных более 7 верст. Центр города занимает городская площадь, вся замощенная камнем, — та самая площадь, на которой происходил кровавый бой 12 октября 1812 года. Здесь находятся: величавый Казанский собор смешанной архитектуры, пятиглавая Успенская, вновь строящаяся в древнерусском стиле церковь на месте прежней, величественный памятник Отечественной войны, большое двухэтажное здание присутственных мест, красивое в стиле готической архитектуры здание бывшей почтовой станции и гостиный двор (семь корпусов).

Собор во имя Казанской иконы Божьей Матери построен в 1708 году и перестроен в 1883 году. Он имеет 23 саж. длины а ширины, — в холодной церкви 7 саж. и в теплой 8 ½ сажень. 12 октября 1812 г. он потерпел, после монастыря, более других городских церквей. В храме имеется древняя икона царевича Димитрия, писанная мещанином города Углича Бурениным в 1685 году.

9.

В память великой годины.

Памятник Отечественной войны, более 25 аршин вышины, сделанный из чугунной плиты в виде восьмигранной пирамиды, поставлен 29 октября 1844 года. Он укреплен на трех больших чугунных пьедесталах. У граней его находятся чугунные же двойные колонны, на вершине которых поставлены медные вызолоченные двуглавые орлы с распростертыми крыльями. Круглая граненая глава увенчана вызолоченным крестом. На одной стороне памятника отчеканена надпись: «Предел нападения, начало бегства и гибели врагов» — и на другой: «Сражение при Малоярославце 12 октября 1812 года». Памятник опоясан оградой из массивный чугунных цепей, которые поддерживаются 32-мя чугунными резными трубами.

От собора к югу вытягивается прямая Большая или Калужская улица, застроенная вплоть до большой Калужской дороги, на которой еще уцелели вековые березы. Продолжение Калужской улицы от собора к востоку и затем к северу называется Дворянской или Московской улицами. Большая Дворянская и Московская улицы, длиною в 2 версты, проходят через весь город; это – главные улицы в городе. Здесь находятся лучшие городские постройки. Середину улицы занимает шоссе, бока замощены крупным камнем, у а домов – несколько поднятые, также замощенные панели.

От собора к северу идет небольшая, но чистая и сплошь мощенная камнем, памятная по Отечественной войне Боровская улица, которая приводит путника к монастырю. С исторической монастырской площадки она спускается под гору, к городищу и старому мосту на реке Луже, образуя между городищем и горным склоном, на котором расположен монастырь, тесное ущелье; здесь был смертельно ранен пулею в голову французский генерал Дельзон.

Малоярославецкий монастырь, основанный в XVI столетии, в 1812 году потерпел полнейшее разрушение, так как был главною ареною боя и несколько раз переходил из рук в руки. Обращает на себя внимание передняя стена монастыря и главные ворота в ней. На площадке около этой стены 12 октября 1812 года происходил страшный бой. Незадолго до этого памятного дня на фронтоне ворот по штукатурке был изображен Нерукотворный образ Христа Спасителя. Вокруг св. изображения до сих пор видны следы ружейных выстрелов, но ни одна пуля не коснулась лика Спасителя. По Высочайшему повелению Государя Императора Николая Павловича, на память грядущим поколениям, запрещено поновлять монастырские ворота и заделывать знаки (язвины) от выстрелов. На воротах имеется небольшая жестяная дощечка с надписью: «язвы в память французской войны 1812 года».

Величественный трехэтажный Николаевский храм монастыря красивой византийской архитектуры также останавливает на себе внимание путника. Построенный «в память героев, павших у стен оного монастыря в войну 1812 года за Веру, Царя и Отечество», храм был освящен в 1842 году 26 августа, в день Бородинской битвы. Император Александр Павлович в1817 году повелел выдать из государственного казначейства на исправление монастырских зданий 10.000 рублей. В ризнице монастыря хранится облачение из пунцового бархата с оплечьем из голубого бархата; крест шит золотом с блестками, около креста вышито золотом же «сим победа 1812 года». Облачение это сделано на деньги, пожертвованные императрицей Марией Федоровной в 1826 году и употребляется за службами двенадцатого октября.

Недалеко от памятника, на площади, вновь строится на месте прежней красивая Успенская церковь в древнерусском стиле. Это – тоже памятник Отечественной войны. Государь Император в 13 день марта 1909 года Высочайше соизволил на установление в пределах империи сбора добровольных пожертвований посредством подписных листов на окончание постройки этого храма.

Прямая и широкая Успенская улица, идущая от указанного храма, параллельна Большой и на половину замощена камнем. Это чистая и тоже лучшая улица в городе. По мере удаления от церкви, она все более и более теряет городской характер и приближается своим видом к сельским поселениям. Непосредственно к Успенской улице с восточной стороны примыкают Губинские слободы, расположенные правильными квадратами. С окраины Губинских слобод открывается широкий вид на так называемое Марьинское поле, по которому проходит полотно железной дороги. Поле оканчивается лесом, на фоне которого белеет церковь села Марьина.

Рядом и Большой и Боровской улицами, ближе к реке, вытягивается улица Никольская. Начинаясь около монастыря, она проходит по вершине горы, на которой расположен город. Параллельно Дворянской расположены к северу упомянутые выше Солдатские слободы. Одна из них, так называемая, Нижняя находится у самого оврага, по которому протекает ручей Ярославка, а другая – Верхняя солдатская прежде, а ныне Кутузовская – пересекает Дворянскую улицу и доходит до железнодорожного вокзала.

На всех этих улицах постройки очень часто чередуются с тесовыми заборами и частокольными изгородями, из-за которых, здесь и там, выглядывают вишневые кусты, а над ними шапками поднимаются местами деревья яблонь и груш.

На Нижней Солдатской улице, среди сада, под тенью вишневых кустов находится братская могила защитников Отечества, убитых 12 октября 1812 года. Близь нее, на небольшой площадке, у пересечения верхней Солдатской и Дворянской улице стоит другая братская могила. Обе могилы обнесены деревянными, крашенными медянкой, решетками, а на своих вершинах имеют деревянные крашенные кресты.

В 18 саженях от братской могилы, стоит каменная византийской архитектуры часовня. Они принадлежит монастырю и построена в 1860 году участником Малоярославецкого сражения, майором Ф. М. Максимовым, помещиком Малоярославецкого уезда. На фронтоне передней стены часовни золоченными буквами помещена надпись: «сооружена в память воинов, на брани убиенных 1812 года 12 октября». Сюда ежегодно, в памятный день 12 октября, по окончании литургии, из монастыря, собора и городских церквей совершается крестный ход и служится соборная панихида «о упокоении душ усопших рабов Божиих, Государя Императора Александра I-го, князя Михаила (Кутузова), болярина Саввы (Беляева) и всех православных вождей и воинов, на брани здесь убиенных». Оканчивается пинахида на ближайшей братской могиле. После панихиды крестный ход отправляется к памятнику Саввы Беляева и затем к монументу, стоящему на площади, где совершается краткая лития.

С западной стороны к Большой улице примыкают: Ивановская, на которой стоит небольшая, но красивая пятиглавая церковь св. Иоанна Предтечи, постройки конца XVIIIстолетия, Петровская, Жидова и Подзыковская. Ивановская ул. приводит к старому Бессоновскому кладбищу, усаженному березами, которые густой зеленной массой покрывают кладбище и весь крутой откос горы, вплоть до лугового берега реки Лужи. Здесь, на старинном кладбище, среди древних берез и полуразрушенных памятников и могил, заросших сиренью, рябиной и черемухой, стоит небольшая деревянная церковка во имя св. великомученика Федора Стратилата. Неизвестно когда и кем построенная, она была возобновлена в 1826 году. Недалеко от церкви большая братская могила-курган показывает место, где погребены убитые воины. Братская могила находится в запустении: ее края поросли бурьяном и мелким кустарником; только простой деревянный крест на вершине кургана напоминает о том, что здесь покаятся вечным сном славные защитники Отечества. В Троицкую родительскую субботу соборным причтом служится у этой могилы панихида по убиенным воином.

Улица «Жидова» находится на краю утесистого узкого оврага, по которому пролегает дорога на луг и к городской мельнице, а Подзыковская улица, замощенная камнем, спускается от собора на половину горы, и приводит к известному всему населению ключу, «Зык», который славится своею чистою и вкусною водою и снабжает ею почти все население города. Ближайшие жители ходят за водою с ведрами в руках или с коромыслами на плечах; дальним – развозят водовозы.

Часовня около братской могилы в г. Малоярославце. Сооружена в память воинов, на брани убиенных 12 октября 1812 года.

К северу от центра города, разделяясь глубоким оврагом, по которому протекает ручей и речка Ярославка, на горе протянулась Спасская улица, или, как называют ее жители, «Спасска», получившая свое наименование от древнего храма в честь Преображения Господня, который стоял здесь до 1812 года. Он был разрушен и сожжен до основания во время сражения 12 октября и более не возобновлялся, — лишь вросшие в землю намогильные камни, из которых на одном еще уцелела полустертая временем надпись, показывают место, где стояла деревянная церковь. Эта улица напоминает скорее село, чем город: масса зелени, незамощеная дорога, обилие свежего воздуха, ни одного каменного дома. Возвышенное местоположение, открывающее со Спасски замечательный вид на город, «Убогий дом», луг, реку с мельницей, Бунину гору и другие окрестности, близость леса, который находится тут же за садами, громадные вишневые и яблоневые сады, вековые вязы и березы внизу у оврага делают эту часть города особенно привлекательною весною и летом.

Около Спасской улицы до сих пор сохранились окопы батарей, где стояла русская артиллерия во время сражения 12 октября 1812 года. Одни из батарей находятся тут же за Спасскими садами, другие – несколько далее у Моск.-Варшавского шоссе, а третьи – около железнодорожного депо. Окопы имеют вид геометрической трапеции без ее основания, при чем передняя сторона, около 30 саж. длины, обращена по направлению к реке и городищу.

На восточной стороне города, при дороге с Дворянской улицы на вокзал, находится засаженный преимущественно березами и имеющий несколько аллей городской парк, который служит местом летних гуляний жителей и известен под именем Александровского сада.

В 80-х годах прошлого столетия всероссийской подпиской было собрано более десяти тысяч руб. на постановку в Малоярославце памятника Савве Ивановичу Беляеву. Городское Общественное Управление возбудило ходатайство употребить эти деньги на постройку городского трехклассного училища, которое носило бы имя Саввы Ивановича Беляева, а перед зданием училища поставить небольшой памятник герою. Ходатайство это было уважено. Училище открыто в 1889 году и находится в середине городского парка.

Перед училищем стоит на небольшом чугунном пьедестале, имеющим под собою два каменных постамента, бюст С. И. Беляева. На пьедестале надпись: «Доблестному патриоту Савве Ивановичу Беляеву благодарная Россия», внизу у пьедестала – венок, сделанный из жести. Кругом памятника – чугунная четырехгранная ограда на каменном фундаменте.

Учебными заведениями Малоярославец не богат: кроме упомянутого городского училища, преобразованного в 1909 году в четырехклассное, здесь имеются только двухклассное женское приходское училище, довольно красивое здание которого, выстроенное в 1907 году, находится в том же Александровском саду, мужское начальное училище, помещающееся на квартире, и мужская одно-классная церковно-приходская школа, которая помещается близь монастыря в уступленном монастырем здании. В 1907 году открыта в городе частным лицом общественная библиотека. С 1911 г. есть еще частная женская гимназия. Торговлей и промышленностью город похвалиться не может; не имеет ни фабрик, ни заводов.

В 1826 году Малоярославец посетила Императрица Мария Федоровна, а в 1837 г. Император Александр II, будучи наследником. Высокие путешественники обозревали достопримечательности города и с балкона монастырского бывшего настоятельского корпуса осматривали место Малоярославецкого сражения. 28 июля 1910 г. Малоярославец проездом посетил Великий Князь Михаил Александрович.

Со времени проведения чрез Малоярославец Московско-Варшавского шоссе (1840 г.) нередко посещают город путешественники и даже иностранцы.

В настоящее время пути сообщения сделались еще более удобными, благодаря проведению Московско-Киево-Воронежской железной дороги, которая проходит возле самого города и имеет здесь станцию, соединяющуюся с городом мощеной каменной дорогой.

По своим историческим воспоминаниям, прекрасному и здоровому местонахождению, а также красивым окрестностям, Малоярославец достоин внимания; удобные же пути сообщения делают его доступным для всех, кому дороги воспоминания недавнего прошлого русской истории.

 

Словарь

12 октября –дата Малоярославецкого сражения по старому стилю, по новому- 24 октября

Городничий — должность в Российской империи, глава административно-полицейской власти уездного города с 1775 года — 1862 год.

Формулярный список — главный документ, фиксировавший служебные отношения лица, содержались следующие графы:

«1. Чин, имя, фамилия и должность, сколько от роду лет;

  1. Из какого звания происходит;
  2. Сколько имеет во владении мужского пола душ, людей и крестьян, в которых уездах и названия селений;
  3. Когда в службу поступил и в каком чине, в каких должностях и где проходил, особые поступки и награды за них, в какое время награжден (годы, месяцы, числа);
  4. В походах против неприятеля и в самих сражениях был или нет и когда именно;
  5. Не был ли в штрафах и под судом, и если был, то за что именно, когда и чем дело кончилось;
  6. К продолжению штатской службы способен и к повышению чем достоин или нет и за что;
  7. Не был ли в отставке с награждением чина или без оного и когда;
  8. Женат ли, имеет ли детей, кого именно, каких лет и где они находятся.
  9. Сведения обо всех получаемых орденах и наградах, денежных подарках, пенсиях».